Читать все письма На главную страницу

Письмо 27

От: Мистификс

Кому: Приглашённый

Дата: 23 мая 2006

Тема: Истории повторяются


«Как гласит поговорка, история повторяется. Скажу больше, истории тоже», – разглагольствовал Сильвягин. Он сидел на крыше стеклянного небоскрёба, свесив ноги с многоэтажной высоты. Николай расположился в нескольких шагах от Сильвягина, подальше от края, но так, чтобы был виден затянутый туманом незнакомый диковинный город.

«Примеров тому – как голубей на этой крыше. Возьмём что-нибудь в знакомом тебе мире: в 1846-м году, всего за полтора века до твоего рождения, Эдгар По написал знаменитый «Бочонок Амонтильядо». Герой рассказа совершает самую жуткую и красивую в мировой литературе месть, замуровав живьём в холодном подвале своего пьяного, наряженного в шутовской колпак обидчика. Последний кирпич, уложенный Монтрезором, стал первым в здании удивительных отзвуков этой нехитрой, в общем-то, сценки.

В 1950-м ещё один американец – Рэй Брэдбери – пишет «Марсианские хроники», в одной из глав которой рассерженный на власти, запрещавших чересчур фантастичные книги, молодой богач отстраивает на Марсе замок и, заманив туда нескольких чиновников, убивает их одного за другим. Убийства эти обставлены по рассказам его предшественника, и последнее из них воспроизводит, конечно же, «Бочонок Амонтильядо»: главный враг замурован в подвале, на ногах его цепи, голову украшает колпак с бубенчиками.

И тут мы делаем перерыв – на целых двести пятьдесят без малого лет – и переносимся на другую планету (какую – тебе знать не положено), где встречаем молодого, но уже слепнущего от наркотиков человека по имени Мартин Дей. Что интересно, Мартин книг Эдгара По, и тем более Брэдбери, даже в руках не держал, но каким-то чудом сюжет повторился в его отчаянно лиричной, подростковой книжке, получившей известность лишь в кругах анархически настроенных, изредка ходящих на демонстрации, изредка графоманящих безработных интеллектуалов-студентов. В умеренно антиутопическом будущем, придуманном Деем в момент неумеренного похмелья, не по-брэдберивски жестокие чиновники травят изгоя, хранящего дома последние бумажные книги, – это ещё одно нечаянное подражание уже другой известной (но только не Мартину) книге двадцатого века. Запрещённые, как напоминание о безрассудных днях пожирания человечеством живой природы, бумажные книги послужили кирпичами для стены, за которой полубезумный отщепенец похоронил (конечно, заживо) стенающего капитана полиции. Синтетический раствор, залитый меж книг, стал твёрже камня – и нет ни преступных улик, ни мерзкого блюстителя закона. Как видишь, в этот раз обошлось без бубенчиков, но кровавых подробностей хватает. Пересказывать их не стану, лучше прыгнем ещё лет на триста, где декорации станут ещё более чуждыми, но драматизм только окрепнет.»

Сильвягин энергично вскочил на ноги, как будто собрался действительно куда-то прыгнуть, и стал расхаживать по сверкающей в лучах закатного солнца крыше.

«Девушка по имени, скажем, Аманда, да простит она меня, но настоящего имени я без долгих тренировок не произнесу, пишет историю, где забвению и уничтожению подлежат уже электронные приборы. Да и зачем они в мире, где усилием воли можно рисовать в воздухе картины, по яркости не уступающие солнцу, а по цветам – радуге после доброго ливня? Но были и будут те, кто считает, что пером написано такое, что на пишущей машинке не воспроизвести, а компьютер убивает остатки человеческого тепла. Милая девушка Аманда, блондинка волею родителей (была мода заказывать детей-альбиносов) с чудесным голубым глазом (прости, только одним, и не в том месте, где ты ожидал) в финале доброй и умной по меркам своего общества книги загоняет героев в традиционное подземелье. Там борец за свободу, на этот раз за свободу материальных носителей информации, любитель твёрдых, тяжёлых, но милых сердцу вещей, убивает врага, оставляя его задыхаться за стеной, сложенной из карманных компьютеров, телефонов и часов.


Вот и всё, что могу рассказать: другие истории были написаны в слишком далёком будущем, и тебе их не понять. Но поверь, своего обаяния сюжет не утратит ещё очень долго. Выводы делай сам.


Ну что ж, твой сон будет длиться ещё целых полтора часа. Идём, побродим по городу. Только, чур, вопросов не задавать.»



Следующее письмо: «Молочный брат»

Просмотров всего: 23 229.
За последний месяц: 12.
Мистификс

Истории повторяются

2006 год

ноябрь

август

май

январь


2005 год

декабрь

ноябрь

октябрь

сентябрь

июнь

апрель

март

февраль

январь


2004 год

декабрь

ноябрь




Все письма одной страницей